Диана Арбенина. Интервью

вторник, 5 декабря 2017 г.

Диана Арбенина. Интервью

Певица, писательница, художница и лидер группы «Ночные снайперы». Диана Арбенина смогла успешно совместить в себе черты мечтателя и реалиста. Она с радостью помогает другим талантам, но остаётся требовательным наставником. Она собирает многотысячные залы, но регулярно устраивает «квартирники». В интервью «Радио Шансон» Диана Арбенина рассказала о книгах, картинах, новой студии и новогодней ёлке.

Скоро Новый год и уже пора думать о подарках. Вы уже решили, что будете дарить своим родным?
Конечно, у меня же двое детей! И они уже пишут письма Деду Морозу. И мне от этого даже немного грустно, потому что я не знаю, где найти мантию Гарри Поттера. Мои дети любят Гарри Поттера и «Звёздные войны». И всё, что с этим связанно, можно дарить. А ещё есть коллектив. Очень нравится придумывать какой-нибудь единый подарок для всех. Например, как-то я подарила группе клетчатые рубашки. Пацаны были так рады.

А какая должна быть ёлка: искусственная или настоящая?
У меня в доме никогда не было искусственной ёлки. Помню, когда дети были ещё маленькими, мы с Тёмой вышли на улицу. Продавали такие датские ели: красивые, пушистые и высокие. И я говорю: «Тёма, купим ёлку?». Он кивает. «А как мы её понесём?» – спрашиваю. «Понесём». И вот мы купили эту огромную ель и несли. Она очень тяжёлая была. Я поняла в тот момент, что нельзя покупать искусственные ёлки, особенно, когда у тебя есть дети. Какой в этом смысл?

Диана, вы ведь ещё и художник? Откуда черпаете вдохновение?
Я уже давно не рисую. Потому что поняла, что всему надо учиться. Когда я рисовала, то включала на всю громкость музыкальный центр и слушала какую-нибудь группу, например, Muse или Queen, и одним махом всё делала. Потом стала уделять этому больше времени, концентрировалась на деталях. В один момент всё перестало быть радостным и превратилось в любительско-профессиональное. Я поняла, что все-таки захожу на другую территорию, и мне на ней делать нечего.

Расскажите про писательскую деятельность.
У меня вышла первая полноценная книга прозы. Там не намиксованы стихи, тексты и фотографии. И я чувствую удовлетворение по этому поводу. Потому что до сих пор выходили сборники, но так чтобы полноценная книга прозы – это впервые.

Это что-то автобиографичное?
Нет. Это исключительная беллетристика. Мне даже понравилось писать прозу. Думаю, что продолжу этим заниматься после того, как мы отыграем двухгодичный юбилейный тур. Ведь в следующем году нам уже 25 лет.

Легко ли пишутся книги?
Если песню я могу написать прямо сейчас, то с рассказами так не сработает. Писательская деятельность требует уединения. Это труд, который невозможно напалмом осуществить. Чем больше форма, тем больше времени нужно.

Присылают ли вам фанаты свои работы?
Присылают. Но такого, чтобы зацепило, мало. Мне очень хочется помогать людям. Если я вижу талантливого человека, мне совершенно не слабо ему об этом сказать.

А ревности не возникает?
Нет. Артисты, особенно женщины, делятся на две категории. Одни ни в коем случае не хотят никому уступать, а меня бог миловал. Я прекрасно понимаю, что на смену мне должен кто-то прийти. Как говорил Баста в песне «Сансара», «круговорот людей». Это нормально. Если бы мы не умирали, не рождались бы дети. Мне очень нравится, когда появляется молодая шпана. Я вижу, что у них много сил, и они не понимают куда её девать . Нужно их направить. Может, поэтому мы и строили студию. Кстати, у нас практически достроена новая «снайперская» студия.

Что нужно, чтобы попасть к вам на студию?
Не хочу пока ничего говорить по поводу стоимости, потому что ещё ничего не достроено. Надеюсь, что если цены и будут, то минимальные. Есть другое важное условие: мне должны понравится песни. Я не какая-то грымза, но мне сложно угодить. Но если песня мне всё-таки придётся по вкусу, я расшибусь в лепёху, но сделаю для автора всё. Потому что наша страна – это шансон. Мы ведь танцуем под слова, а не под биты.

Песни должны быть на русском или на английском?
Только на русском. В нашей стране никому не нужен английский язык. Я понимаю, что это мировой язык, но почему-то Америка не пытается петь на русском. Наших очень много по всему миру и ждут они действительно русских песен.

А есть у группы какие-то традиции?
В этом году у нас будет «квартирник». Это традиция: уже 15 лет, в декабре, я собираю фанатов и пою им. Получается неформальная встреча, никаких денег не надо.

А как люди узнают об этом «квартирнике»?
Мы делаем какое-то задание, и люди присылают свои работы. Чтобы попасть на встречу, нужно как-то проявить себя. И в этом году я решила снова сделать «квартирник». Я уже придумала задание. Всё просто: сфотографируйте и пришлите мне самого грустного человека в мире. Мы ещё хотим опубликовывать всё в Фейсбуке, так будет интереснее. Сделаем «квартирник», потом встретим новый год и с 31 января поедем в тур.