Олег Митяев: «Мне интересна любая точка зрения»

вторник, 10 сентября 2013 г.

Олег Митяев: «Мне интересна любая точка зрения»

«Дорогой Олег! Пользуюсь нашим давним знакомством, чтобы выразить Вам свое удовольствие от передачи на ТВ. Вы очень выросли за эти три года, что меня весьма порадовало. Будем надеяться на следующий шаг. Я в это верю. Только не обольщайтесь ни комплиментами, ни аплодисментами — это все пустое. И не дешевите, ибо эстрада это любит. Желаю Вам успехов». 

Вот такое письмо от Булата Окуджавы получил в 1988 году Олег Митяев. 

Каждое выступление Митяева — настоящее представление. Он не только поет свои замечательные песни, но и активно общается с публикой во время концерта. Причем общение это не менее интересно, поскольку Митяев — человек жизнерадостный, с отменным чувством юмора. Отдельное шоу, когда Олег начинает зачитывать записки из зала. Многие из них даже не надо комментировать. 

Вот лишь пара таких записок: «Я на вашем концерте первый раз. Пока не понимаю, о чем вы поете, но, по-моему, очень душевненько!», «После ваших концертов я недели три хожу добрая и ласковая. Приезжайте почаще!». Или еще: «Пока стояли в очереди на концерт (1 час), нас спросили прохожие: «Кто такой Митяев и что он делает на сцене, раз такая очередь?» 

— Олег, что вы делаете на сцене? 

— Получаю удовольствие! (Смеется.) 

— Всегда? 

— Всегда! Иначе какой смысл выходить на сцену? 

— Зачем вы в свое время поступили в институт физкультуры? Так мечтали стать тренером по плаванию? 

— Нет, хотя какое-то время я действительно мечтал стать пловцом. Я вырос около озера, у нас прямо на берегу стоял дом, с детства занимался плаванием… Ну, словом, придя из армии, решил поступить в Челябинский институт физической культуры. Окончив его с отличием, четыре года проработал тренером по плаванию. 

— Разряд есть? 

— Да, я кандидат в мастера спорта. 

— Любимый стиль? 

— Брасс. 

— Сейчас плаваете? 

— Редко. Чаще в баню хожу! (Смеется.) Вообще, знаете, спорт очень вреден для здоровья. Так, по крайней мере, меня учили в институте. Преподаватель по физиологии вечно повторял: «Спорт — это смерть, а физкультура — здоровье». Конечно, было бы хорошо, если я каждый день хоть зарядку делал. Для поддержания формы. Впрочем, я стараюсь, не всегда, правда, получается… 

— В институте физкультуры вы ведь учились с замечательным хоккеистом Сергеем Макаровым… 

— Мы с ним даже в одном роддоме появились на свет. Но познакомились лишь в институте. Он уже тогда был великим. Неудивительно, что хоккею Сергей отдавал куда больше времени, чем учебе. А я был секретарем комсомольской организации. Сколько раз не хотел отпускать Макарова на соревнования за неуспеваемость: «Вот придешь, — грозил ему, — ко мне на заседание комитета комсомола!» (Смеется.) Уже потом, спустя годы, я как-то подумал: «Хорошо было бы собрать таких известных людей, как Сергей Макаров, вышедших из Челябинска, и провести вечер». Ведь знаменитостей, для которых Челябинск или Челябинская область не пустые географические понятия, немало. Это и Анатолий Карпов, и Александр Пороховщиков, и Глеб Панфилов, и Александр Градский, и Сергей Собянин… В конце концов мы собрались. А затем все это вылилось в народную премию «Светлое прошлое», награду для которой — статуэтку «Кентавр» — сделал Эрнст Неизвестный (его дедушка с бабушкой, к слову, жили в Челябинской области). В этом году мы проводим уже юбилейную, десятую премию. Число лауреатов скоро приблизится к сотне! 

— Да, здорово вы все собрались! Кстати, как вы написали эту милую песню «Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались»? Вам было 23 года, и до этого, насколько я знаю, вы даже гитару редко в руки брали… 

— Редко. Так, для себя. А тут после первого курса поехал отдыхать и попал на Ильменский фестиваль. Атмосфера там, скажу вам, с ума сойти. Я просто обалдел. Все с гитарами, поют... Мне так понравилось. И я подумал: «Надо на следующий год приехать и тоже поучаствовать». Но не с пустыми же руками ехать! И решил написать песню. 

— До этого стихи сочиняли? 

— Нет. 

— То есть это был выстрел, зов души? 

– Заказная песня! В том смысле, что мне, как я объясняю, надо было что-то написать, чтобы приехать на Ильменский фестиваль не с пустыми руками. (Смеется.) 

— Быстро ее тогда написали? — Писал я ее, кстати, на лекциях. Как долго, не помню. Но ковырялся, работа над словом была. Шел сладостно-мучительный процесс… 

— Вообще легко пишете? 

— Понимаете, я уже втянулся в изящную словесность. Сейчас это просто интересно. 

— В Челябинске часто бываете? 

— Как минимум три раза в год: на Ильменском фестивале, премии «Светлое прошлое», ну и «Все настоящее детям» — оказываем помощь детям в трудных жизненных ситуациях, лучшие учителя занимаются с ними музыкой, литературой, театром, кино, иностранными языками… Все эти мероприятия проводит наш Челябинский фонд. Там работает мой старший сын Сергей. Я рад, что он в таком хорошем деле, возле хороших людей. 

— Другой ваш взрослый сын, Филипп, насколько я знаю, музыкант, играет в группе «Стимфония». Следите за его творчеством? 

— Я стараюсь. (Улыбается.) Как и следить за всеми спектаклями своей супруги Марины Есипенко в Театре Вахтангова. 

— Ваши дети, Савва и Дарья, еще школьники… 

— Да, они пока еще ищут себя. Это ведь главный вопрос в жизни любого человека. Интересуются и музыкой, и танцами, и спортом… 

— Олег, вы ведь были не просто знакомы, а общались с Булатом Окуджавой… 

— Лишь по прошествии многих лет я понимаю, как же это было невероятно, что я был знаком с Окуджавой! Я жил в Челябинске. Он — в Москве. Его уровень образованности и таланта — и мой институт физкультуры и три песни… Невероятно, но он прислал мне письмо в Челябинск. До этого мне довелось выступать с Окуджавой в совместных концертах «Марш мира авторов-исполнителей». Письмо Булат Шалвович написал мне спустя более двух лет после тех незабываемых встреч. Посмотрел передачу по телевидению, где было несколько моих новых песен, какие-то клипы, позвонил на ТВ и попросил мой адрес. Письмо было небольшое. Он говорил мне комплименты и приглашал в гости. Мы созвонились, Булат Шалвович подробно объяснил дорогу, как правильно подъехать к его дому в Переделкино… Мне до сих пор непонятно, чем я его привлекал. В какой-то момент я понял, что давно иссяк, мне ему нечего было рассказать, показать. И я говорю: «Булат Шалвович, хотите, я вас познакомлю с Макаревичем?» Он говорит: «Хочу». И мы приезжали к нему несколько раз с Андреем. Затем я вообще взялся поставлять Окуджаве разных творческих людей — поэтов, бардов, музыкантов, и мы интересно проводили вечера. Это общение было для меня настоящим счастьем в жизни. Оно мне много давало. А что ему?.. 

— Уверенность общение с Окуджавой вам давало? Приятно было, что он вас выделил?

 — Конечно, это было приятно. Но что касается уверенности, то, признаюсь, ее у меня и по сей день нет. 

— Как так? Олег Митяев — это же бренд! 

— Ну, знаете, и «Ласковый май» — тоже бренд. Мудрая Вероника Долина мне однажды сказала: «Ты написал что-нибудь, возьми и открой книжку Цветаевой. Сравни. Должна быть какая-то система координат». 

— Вообще вам важна другая точка зрения? 

— Не так важна, как интересна. Любая. Причем лучше даже отрицательная. Потому что она более конструктивная. 

— Олег, вам знакомо чувство зависти? 

— Знакомо. К счастью, только белой. Эта зависть меня радует. Сколько раз мне говорили другие исполнители про мои песни: «Да это же я должен был написать!» И мне, услышав чью-то песню, тоже не раз приходилось восклицать: «Я уже все это придумал, а написал ты!» Я дорожу мнением и Вероники Долиной, и Александра Розенбаума, и Елены Камбуровой, и Ирины Богушевской... Хотя не все они пересекаются. 

У каждого из них есть свои высоты, на которые приятно равняться и сравниваться. И радоваться за то, что все они делают. 

Автор: Серго КУХИАНИДЗЕ, специальный корреспондент портала radioshanson.fm 

Фото: пресс-служба «Радио Шансон»